Самооценка, зависимость, самоэффективность и самокритика при социальной тревожном расстройстве

Введение

Социальное тревожное расстройство (СТР) характеризуется страхом и избеганием в социальных ситуациях, где человек ощущает опасность пристального внимания со стороны окружающих. Низкая самооценка, низкая самоэффективность, высокая самокритика и высокая зависимость являются дополнительными потенциальными признаками СТР, поэтому их изучение, равно как и выяснение их взаимосвязи, является обоснованным.

Метод

Тридцать два пациента с СТР, прошедших диагностику по Краткому международному нейропсихиатрическому интервью, и 30 здоровых лиц контрольной группы прошли тестирование по Шкале социальной тревожности Либовица (LSAS), Шкале самооценки Розенберга, Опроснику депрессивных переживаний (DEQ), оценивающему самокритику, зависимость и самоэффективность, а также социально-демографическому опроснику. Мы предположили, что в группе с СТР будут наблюдаться более высокие показатели зависимости и самокритики и более низкие самооценка и самоэффективность. Мы также выдвинули гипотезу, что низкая самооценка, низкая самоэффективность, высокая самокритика и высокая зависимость будут предикторами тяжести СТР.

Результаты

В соответствии с гипотезами, у пациентов с СТР наблюдались более высокие показатели самокритики и зависимости и более низкие показатели самооценки. Показатель социальной тревожности отрицательно коррелировал с самооценкой и самоэффективностью и положительно – с зависимостью и самокритикой. Самокритика, в отличие от других показателей, предсказывала общий балл по шкале LSAS

Выводы

Самооценка, самокритика, зависимость и самоэффективность связаны с СТР, и их взаимосвязь следует изучить в будущих исследованиях с более широкими выборками. Предлагается искать способы воздействия на эти факторы посредством когнитивно-поведенческих вмешательств и дополнительных психотерапевтических методов лечения. Исследования также должны быть сосредоточены на специфической роли самокритики при СТР.

Введение

Социальное тревожное расстройство (САР) — распространённое тревожное расстройство, характеризующееся непреодолимой тревогой и чрезмерной застенчивостью в повседневных социальных ситуациях [1], [2], [3]. Люди с САР испытывают постоянный, интенсивный и хронический страх осуждения со стороны окружающих и стыда за собственные поступки. Этот страх может быть настолько сильным, что мешает работе, учёбе или другим видам деятельности. САР часто сопровождается коморбидными психическими расстройствами, такими как депрессия и злоупотребление психоактивными веществами [2]. Когнитивные факторы могут играть роль в этиологии или поддержании расстройства [3]. У людей с САР наблюдаются дисфункциональные мысли и убеждения, которые приводят к тревоге и избеганию, а также воспринимают окружающую среду как угрожающую и опасную [3]. Люди с САР склонны зацикливаться на точке зрения другого человека и считают, что взгляды окружающих указывают на критику и отторжение. Их мысленный образ обычно негативен; они считают, что терпят неудачу и что результаты их поведения будут катастрофическими. Эти мысли усиливают их негативные чувства, создавая порочный круг. Следуя этим склонностям, потенциальными особенностями лиц с СТР и возможными этиологическими факторами могут быть низкая самооценка, низкая самоэффективность, высокая зависимость и высокая самокритика. Совместная роль этих психологических черт при СТР и их взаимосвязь до сих пор не изучалась, и это было целью нашего исследования.

Самооценка относится к тому, как человек оценивает себя, и определяется как «степень, в которой он ценит, одобряет или любит себя» ([4], стр. 115). Люди с низкой самооценкой склонны зацикливаться на неблагоприятных качествах, а не на своих сильных сторонах [5]. Такая оценка может оказывать огромное влияние на психологическое благополучие человека, приводя к таким расстройствам, как СТР [6], [7]. Действительно, дети с высокой социальной тревожностью демонстрируют низкий уровень самооценки [8], а подростки с тревожным расстройством имеют более низкую самооценку по сравнению со здоровыми подростками, при этом СТР оказывает наибольшее относительное влияние на самооценку [9]. Де Йонг и его коллеги [10] продемонстрировали, что самооценочные мысли и действия могут быть обусловлены уровнем самооценки подростка, и предположили, что самооценка может быть важным фактором развития СТР и, в свою очередь, может ещё больше снижать самооценку. Наконец, пациенты с СТР демонстрировали низкую имплицитную самооценку по сравнению со здоровыми людьми контрольной группы, тогда как пациенты с паническим расстройством занимали промежуточное положение между этими группами [11].

Ещё одним важным аспектом СТР является самокритика. Это внутренний негативный голос, который нападает на человека и его/её действия и осуждает его/её [12], [13]. Самокритика способствует уязвимости человека, поскольку он/она может рассматривать свои действия как неудачи, чувствовать себя неудачником в целом и ожидать только очень высоких и недостижимых стандартов, и, таким образом, может отстраниться от социальных сетей [14]. Такой человек не будет ценить свои усилия, и круг неудач будет расширяться, развивая депрессию, отчаяние и чувство вины. Национальное исследование коморбидности (NCS) ещё в 2004 году предположило, что самокритика прочно связана с САР и что она может представлять собой важный основной психологический процесс при САР [13]. Самокритика была повышена при САР, даже в случаях только с САР в прошлом, по сравнению с лицами без психических расстройств [13]. Самые высокие уровни самокритики были зарегистрированы у людей со сложным подтипом САР (генерализованный тип в DSM-4), как с коморбидной большой депрессией, так и без неё. Эти уровни были значительно выше по сравнению с наблюдаемыми при паническом расстройстве, чисто речевом подтипе САР и случаях только большой депрессии. В регрессионном анализе, который контролировал текущий эмоциональный дистресс, невротизм и пожизненную историю расстройств настроения, тревожности и расстройств, связанных с употреблением психоактивных веществ, самокритика оставалась значимо связанной с распространенностью САР в течение жизни [13]. Недавно Копала-Сибли и его коллеги [15] также сообщили о повышенной самокритике при СТР, которая смягчает страх, вызванный ситуативным самосознанием.

Воспринимаемая самоэффективность описывает веру человека в свои ресурсы и возможности, в соответствии с целеустремленностью, в различных сферах жизни, включая социальную сферу [16]. Убеждения в самоэффективности связаны с мотивацией и изменением поведения, а также с усилением регуляции аффектов и психосоциального функционирования [17]. Они тесно связаны с СТР как у детей [18], так и у взрослых [19]. Более того, сообщалось, что общая самоэффективность опосредует связь между негативными самоутверждениями и СТР [18]. Аналогичным образом, низкая самоэффективность была связана с выраженностью социальной тревожности и связанными с ней нарушениями, и эта связь частично опосредована дисфункциональными стратегиями совладания [20]. Низкая самоэффективность может усилить тенденцию человека полагаться на дисфункциональные стратегии преодоления тревоги в социальных ситуациях [20]. В свою очередь, эти дисфункциональные стратегии совладания с ситуацией усугубляют переживание ухудшения, вызванного социальной тревожностью.

Пациенты с СТР более зависимы, а для зависимых людей характерны как чрезмерная озабоченность возможностью остаться без любви или заботы, так и чувство беспомощности, слабости и страх покинутости [15]. Лица с СТР боятся отвержения и могут зависеть от своих семей. Копала-Сибли и др. [15] сообщили, что пациенты с СТР с высокой степенью зависимости чаще испытывают страх в межличностных ситуациях, когда они чувствуют себя менее эмоционально защищенными. Дополнительные исследования показали, что люди с высоким уровнем социальной тревожности имеют лишь ограниченные социальные связи и, следовательно, склонны к чрезмерной зависимости от этих отношений [21], [22], [23], [24]. В настоящем исследовании мы изучили взаимосвязь между социальной тревожностью, самокритикой, самооценкой, самоэффективностью и зависимостью у лиц с СТР и здоровых лиц контрольной группы с помощью Опросника депрессивных переживаний, включающего три фактора: зависимость, самокритику и самоэффективность. Наше исследование является первым, изучающим совместную роль этих психологических черт при СТР и их взаимосвязь, стремясь выяснить, какая из переменных вносит наибольший вклад в показатели социальной тревожности.